Представление о единстве всех биохимических и физических процессов, протекающих на Земле, принципах развития живого вещества и человеческого общества, понимание жизни как космического явления и другие положения составляют единый смысл принципа коэволюции.

Коэволюция – это совместная эволюция биологических видов. Единство биосферы ведет к тому, что любое изменение одного вида влияет на другие. Выделяют два вида естественной коэволюции:

1) Взаимодействие в системе «хищник-жертва», совершенствование средств спасения у жертвы вызывает улучшение средств нападения хищника и наоборот. В результате выживают оба вида, и складывается устойчивый баланс между численностью хищников и жертв. Его разрушение губительно для экосистемы в целом: чересчур расплодившийся вид уничтожает окружающую среду.

2) Мутуализм – взаимоподдержка и взаимодополнение различных видов живых организмов (например, цветов и опыляющих их насекомых).

Впервые с концепцией коэволюции природы и общества выступил на конференции в 1968 г. ученый Н. В. Тимофеев-Ресовский. С тех пор тема коэволюции становится ключевой в понимании природы человека и в определении судеб человечества. Концепция коэволюции базируется на принципах, согласно которым человечество, изменяя биосферу в целях приспособления ее к своим потребностям, должно изменяться и само с учетом объективных требований природы. Разработка идей коэволюции требует четкой формулировки системы экологических законов, способных снизить опасность угрозы уничтожения естественных ландшафтов природы, ее разнообразных живых организмов, самого человека и всей жизни на планете. В начале XX в. А. Швейцер сформулировал базовый принцип культуры – принцип благоговения перед жизнью, требующий нравственного совершенствования как человека, так и общества. Исследователи, развивая идеи А. Швейцера, говорят о новой стадии развития биосферы Земли, так называемой этосфере как более высокой по отношению к ноосфере. Этосфера – это область мира, основанного на принципах нравственного отношения к природе, ко всему живому на планете. Ее носителем должен стать этически разумный человек, действующий не только в своих интересах, но и в интересах Жизни на Земле.

В рамках проблем коэволюции актуальной становится проблема устойчивого развития системы общество-природа. Цель стратегии устойчивого развития – обеспечить выживание человечества путем преодоления социально-экологической нестабильности и конфликтности, достигая сбалансированного развития природы и общества. Ее реализация состоит в сохранении окружающей среды и природных ресурсов для удовлетворения потребностей современных и будущих поколений. Для этого разработаны национальные концепции устойчивого развития: так, в Республике Беларусь приоритетным объявлен экологический закон, обеспечивающий переход от принципа «реагирования и исправления» к принципу «активной профилактики», что призвано способствовать положительной динамике изменения в триаде «человек-хозяйство-природа».

В последнее время все более отчетливо выявляется взаимосвязь понятий «коэволюция» и «безопасность». Термин «безопасность» охватил практически все стороны жизни общества. В последней четверти прошлого столетия стало очевидно, что дальнейшее развитие цивилизации по исторически сложившемуся пути невозможно из-за глобальных изменений во взаимоотношениях человека с окружающей природной средой. Человек как существо, обладающее разумом, всегда старался приспособить окружающую среду для возможно более полного удовлетворения своих потребностей. Экологические катастрофы различного масштаба всегда сопровождали производственную и хозяйственную деятельность человека. Современный палеонтологический анализ связывает первые экологические катастрофы, как с последствиями ледникового периода, так и более ранними результатами человеческой деятельности. Уже на первых этапах социально-экологического становления общественные структуры первобытного общества должны были вызывать такие воздействия на традиционные биологические системы, которые обусловливали их существенные изменения, ведущие нередко к деградации и опасности для жизнедеятельности людей. И эти процессы усиливались по мере становления и развития производственно-хозяйственной и социокультурной деятельности первых «локальных цивилизаций. Последствия экологических катастроф всегда соответствовали масштабам производственной деятельности человека и с ростом масштабов хозяйствования человека их размеры неизмеримо вырастали. Разрушение в XX веке в невиданных размерах естественных экосистем на суше нарушило замкнутость глобального круговорота необходимых для жизни веществ - биогенов. В результате во всех средах - атмосфере, пресных водах, почве - идут быстрые необратимые изменения окружающей среды в глобальном масштабе. Ранее на поверхности Земли никогда не существовали в таких огромных количествах вредные для человека концентрации тяжелых металлов - ртути, свинца, меди, цинка, хрома, ванадия и радиоактивных отходов - порождающие следующие экологические угрозы: - нарушение устойчивого климата в результате роста концентрации в атмосфере парниковых и других газов; - превращение таких возобновимых ресурсов, как атмосферный воздух, пресная вода, почва, в невозобновимые, т. к. они теперь не воспроизводятся в прежнем качестве; - быстро нарастающее исчезновение биологических видов; - распад генетических программ Человека.

Для предотвращения глобальной экологической катастрофы взаимоотношения человеческого общества и природы должны перестроиться в направлении их коэволюции.

Коэволюция общества и природы подразумевает их совместную, взаимосвязанную эволюцию. Однако эволюция в природе идет более медленно, чем социальная и научно-техническая эволюция общества, поэтому природа не успевает приспосабливаться к антропогенным изменениям. Общество должно сознательно ограничить свое воздействие на природу, чтобы сохранить возможность дальнейшей коэволюции. Такое совместное развитие общества и природы, обеспечивающее коэволюцию, называется устойчивым.

КОНЦЕПЦИЯ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ

В конце XX столетия человечество осознало необходимость формирования новой модели развития мира. Дело в том, что существующая модель развития со все возрастающим объемом производства и потребления, характерная для богатых развитых стран, является неустойчивой. И эта модель не может быть повторена бедными развивающимися странами, поскольку на это не хватит ресурсов биосферы. Развитие по этой модели ведет к глобальному экологическому кризису и катастрофе. В качестве альтернативы была предложена другая модель развития, получившая название концепции (стратегии) устойчивого развития.

Основные положения концепции устойчивого развития разработаны Международной комиссией ООН по окружающей среде и развитию и сформулированы во Всемирной стратегии охраны природы («Забота о Земле - стратегия устойчивого существования», 1991) и в глобальном Плане действий по устойчивому развитию («Повестка дня на XXI век»). Последний был принят на Конференции ООН по развитию и окружающей среде в Рио-де-Жанейро в 1992 г. В дальнейшем на основании этих документов во многих странах мира были проведены кампании по созданию национальных и местных Планов действий - XXI.

В Рио-де-Жанейро (1992) были сформулированы основные принципы неразрывности эколого-экономических связей:

• - экономическое развитие в отрыве от экологии ведет к превращению планеты в пустыню;
• - упор на экологию без экономического развития закрепляет нищету и несправедливость.

По первоначальному определению устойчивое развитие формулировалось как модель движения вперед, при котором достигается удовлетворение жизненных потребностей нынешнего поколения без лишения такой возможности будущих поколений.

В широком смысле устойчивое развитие - это достижение гармонии между людьми (друг с другом) и между Обществом и Природой.

В узком смысле устойчивое развитие - это экономически оптимальное и экологически безопасное развитие общества при минимальном воздействии на среду обитания, обеспечивающее удовлетворение потребностей населения и производства в природных ресурсах необходимого качества, восстановление естественного или близкого к нему состояния природной среды, реализацию прав на пользование природными ресурсами и здоровой окружающей средой нынешнего и будущего поколения людей.

Основные принципы концепции устойчивого развития следующие:

• ? развитие в пределах потенциальной емкости экосистем;
• ? сохранение жизнеспособности и разнообразия экосистем;
• ? предотвращение истощения невозобновимых ресурсов;
• ? уважение и забота обо всем сущем на Земле;
• ? повышение качества жизни;
• ? изменение сознания человека и стереотипов его поведения;
• ? поощрение социальной заинтересованности общества в сохранении среды обитания;
• ? выработка национальных концепций интеграции социально- экономического развития и охраны окружающей среды;
• ? достижение единства действий на мировом уровне.

В 1994 г. принята Концепция перехода Российской Федерации к устойчивому развитию. Она основана на следующих основных положениях:

• ? устойчивое развитие - такое развитие общества, при котором воздействие на окружающую среду остается в пределах хозяйственной емкости биосферы и не вызывает разрушения природной основы для воспроизводства жизни человека;
• ? естественные экосистемы - важнейший резерв устойчивой биосферы, а их сохранение - необходимое условие устойчивого развития;
• ? переход к устойчивому развитию - это не столько экономическая или научно-техническая задача, сколько общественная, связанная с воспитанием и образованием населения, формированием такого общественного сознания, которое соответствовало бы гармоничному взаимоотношению человека и природы;
• ? переход к устойчивому развитию должен сопровождаться структурной перестройкой от природоемкой экономики к ресурсосберегающей;
• ? переход к устойчивому развитию должен осуществляться поэтапно;
• ? для осуществления перехода к устойчивому развитию необходимо объединение усилий государственных и негосударственных структур, координация работы на федеральном, региональном и местном уровнях, широкое международное сотрудничество.

Концепция устойчивого развития проста для понимания, но сложна для практического воплощения. Несмотря на то, что конечная цель концепции трактуется довольно однозначно, сценарии развития человечества и достижения устойчивого развития разными исследователями видятся совершенно по-разному. Все разнообразие видения будущего можно свести к трем основным сценариям (табл. 63).

Консервационизм - восстановление естественной природы за счет резкого снижения численности народонаселения (девиз «Назад в природу».

Сциентизм - любые проблемы будущего можно решить за счет развития науки (девиз «Наука может все»).

Экологический центризм - «золотая середина» между двумя первыми сценариями. Этот сценарий опирается на достижения науки и позитивный опыт природопользования в наиболее развитых странах, где смогли доказать, что развитие промышленности и сельского хозяйства не является альтернативой сохранению приемлемых условий окружающей среды.

Таблица 63

Сравнение основных прогнозных сценариев будущего

(по Б.М. Миркину, Л.Г. Наумовой, 2011)

Окончание

Американский экоэнвайронменталист Р. Костанца в 1999 г. предложил четыре футуристических сценария устойчивого развития системы «Природа - Общество» на ближайшие 100 лет (с 2000 по 2100 г.) (табл. 64). За основу он взял сценарии X. Босселя (1998) и некоторые идеи из «Пределов роста» Д. Медоуза с соавторами (1972).

Таблица 64

Сценарии устойчивого развития системы «Природа - Общество»

(по Р. Костанце (1999), цит. по Г.С. Розенберге соавт., 2016)

Мы не знаем, как будет устроено это общество будущего. И вряд ли стоит гадать! Но мы знаем, что оно потребует от людей высокого уровня интеллигентности и знаний. Прежде всего — знаний о той форме своих взаимоотношений с природой, которая будет способна обеспечить режим коэволюции. Поэтому путь к эпохе ноосферы начинается с разработки образовательных программ — программ, которые будут содержать знания о том, что недопустимо, что может нарушить стабильность Человеческого Дома.

В самом начале XX века В.И. Вернадский впервые сформулировал утверждение о том, что человек превращается в основную геологопреобразующую силу планеты и чтобы обеспечить свою будущность, ему предстоит взять на себя ответственность за дальнейшее развитие биосферы и общества. Подчеркну — и биосферы, и общества. В результате такого целенаправленного воздействия биосфера перейдет в качественно новое состояние.

Это новое СОСТОЯНИЕ биосферы, которое определяется (направляется) деятельностью разума человека, Ле Руа назвал ноосферой. Произошло это в начале 20-х годов на одном из семинаров Бергсона в Париже, когда Вернадский излагал свою концепцию развития биосферы. Позднее термин «ноосфера» широко использовал Тейяр де Шарден. Сам Вернадский использовал этот термин весьма осторожно и лишь в самом конце своей жизни.

Термин «ноосфера» в настоящее время получил достаточно широкое распространение, но трактуется разными авторами весьма неоднозначно. Поэтому в конце 60-х годов я стал употреблять термин «эпоха ноосферы». Так я назвал тот этап истории человека (если угодно, антропогенеза), когда его коллективный разум и коллективная воля окажутся способными обеспечить совместное развитие (коэволюцию) природы и общества. Человечество — часть биосферы, и реализация принципа коэволюции — необходимое условие для обеспечения его будущего. Последнее утверждение вряд ли следует доказывать, ибо как только любой живой вид его нарушает (например, превращается в монополиста в своей экологической нише), то ему угрожают деградация и гибель. Прежде всего из-за разрушения его экологической ниши.

Вопрос о том, наступит ли эпоха ноосферы, то есть о том, сумеет ли человечество согласовать свои обычаи, свое поведение, то есть стратегию своего развития со «стратегией» развития биосферы, остается пока открытым. Последнее условие и есть необходимое условие перехода биосферы в то состояние, которое Ле Руа, интерпретируя рассуждения Вернадского, назвал ноосферой.

Сейчас проблема обеспечения будущности человечества и понимание того, что оно потребует значительных усилий и прежде всего изменения структуры нравов и обычаев, привело к ряду локальных запретов на деятельность людей, заведомо вредную и опасную для развития цивилизации. Так, в 1992 году на международном конгрессе в Рио-де-Жанейро была предпринята попытка сформулировать некую общую позицию, общую схему поведения планетарного сообщества, которая получила название sustainable development, неудачно переведенное на русский язык как «устойчивое развитие».

Этот термин возник не случайно. В 60-х годах при описании экосистем и отдельных популяций я встречал термин «sustainability». Он означал такое развитие популяции, которое согласовано с развитием той экосистемы, к которой она принадлежала. Другими словами, развитие популяции не разрушало экосистемы. Отсюда позднее возник и термин sustainable development, то есть развитие общества, приемлемое для сохранения экологической ниши человека, а значит, и условий для развития цивилизации. Поскольку экологической нишей человечества является вся биосфера, мне представляется наиболее разумным считать его идентичным термину «коэволюция человека и биосферы». Именно поэтому я буду считать разработку стратегии sustainable development определенным шагом к эпохе ноосферы, то есть шагом на пути ноосферогенеза.

Надо заметить, что понятие коэволюции человека и биосферы само требует тщательной расшифровки. Или более точно — системы исследований, в результате которой мы устанавливаем зависимость характеристик биосферы от активной деятельности человека. Только имея достаточно полное представление о характере этой взаимосвязи, мы сможем сформулировать те ограничения на деятельность человека, которые необходимы для обеспечения его будущего. Я хочу подчеркнуть — необходимые, но заведомо недостаточные. Я думаю, что условий, достаточных для обеспечения будущего цивилизации, просто не существует. Не только на Земле, но и во всем Универсуме ничего не существует вечного!

Изучение проблем коэволюции открывает новое и, возможно, важнейшее направление фундаментальных исследований. Часто говорят, что в отличие от века пара, каким был век XIX, и века ХХ, который был веком электричества и атомной энергии, наступающий век будет веком гуманитарных знаний. Я принимаю такую формулировку, ибо наука об обеспечении коэволюции и есть та комплексная дисциплина, которая должна дать людям знание о том, что необходимо для продолжения существования человечества на Земле и дальнейшего развития его цивилизации.

В настоящее время изучение необходимых условий коэволюции продвинулось в целом ряде конкретных направлений. Так, например, изучение физико-химических особенностей атмосферы позволило установить влияние фреонов на структуру озонового слоя и даже принять важнейшее решение о переориентации холодильной промышленности на другой тип хладонов (см. Монреальский протокол ООН). Постепенно на ряде частных примеров показана огромная стабилизирующая роль биоты в целом и отдельных экосистем. Я бы особенно выделил работы профессора В.Г. Горшкова (С.-Петербург) и профессора Н.С. Печуркина (Красноярск), во многом весьма различные и, как всегда бывает в таких случаях, вероятно, весьма дополняющие друг друга. Еще рано говорить о построении динамики биосферы как стройной теории, способной быть инструментом анализа устойчивости биосферы.

Биосфера представляет собой грандиозную нелинейную систему. Однако до сих пор основное внимание исследователей уделялось изучению отдельных фрагментов этой системы. Я бы позволил себе сказать более жестко: в центре внимания исследователей были прежде всего многочисленные механизмы отрицательной обратной связи. И нетрудно понять, почему именно к ним было приковано внимание исследователей. В самом деле, наиболее концептуально интересен вопрос о стабильности биосферы, ее способности реагировать на внешние возмущения так, чтобы они не выводили ее из состояния установившегося квазиравновесия. Я думаю, что для любого ученого, изучающего биосферу как самостоятельный объект, наиболее интересен вопрос справедливости принципа Ле Шателье. И в этом плане, как мне кажется, в последние десятилетия получены результаты первостепенной важности, которые показали удивительные способности биоты противостоять внешним возмущениям. Однако лишь в определенных пределах, которые еще придется установить.

Но описать особенности эволюции биосферы с помощью одних механизмов отрицательных обратных связей нельзя. Как во всякой сложной развивающейся системе, в ней присутствует и множество положительных обратных связей. Обойтись без них тоже нельзя, поскольку именно положительные обратные связи и являются ключом к развитию системы, то есть усложнению системы и росту разнообразия ее элементов, что приводит к сохранению ее целостности (хотя может привести и к другому состоянию квазиравновесия).

Таким образом, любая сложная саморазвивающаяся система всегда обладает неким набором механизмов, некоторые из которых играют роль положительных, а другие — отрицательных обратных связей. Первые отвечают за развитие системы, рост ее сложности и разнообразие элементов. Вторые — за стабильность (гомеостаз) системы и сохранение уже существующего квазиравновесия. Разделение этих механизмов весьма условно. Однако оно дает качественное представление о характере функционирования сложной развивающейся системы. В настоящее время наибольшее внимание привлекает изучение механизмов отрицательной обратной связи, что, на мой взгляд, достаточно естественно, поскольку человек живет в определенных условиях, к которым он адаптировался. И смена этих условий может оказаться трагичной. Но изучение отдельных механизмов, даже в их сочетании, еще недостаточно для построения теории развития биосферы. А без такой теории говорить о стратегии человечества во взаимоотношениях с биосферой очень трудно и опасно.

Дело в том, что биосфера — система существенно нелинейная, и она даже без активных внешних воздействий способна к кардинальным перестройкам своей структуры. И теория развития биосферы не может считаться полноценной, если не изучено множество ее бифуркационных состояний, условий перехода из одного состояния в другое и структура аттракторов, то есть окрестностей более или менее стабильных состояний.

Однако система уравнений, описывающая функционирование биосферы даже в ее простейшем варианте, столь сложна, что непосредственное использование математических методов (то есть теории динамических систем) представляется крайне сложным. Поэтому пока что единственным эффективным способом анализа может служить эксперимент с компьютерными моделями, имитирующими динамику биосферы.

В 70-х годах группа исследователей (преимущественно из Академии наук СССР) начала систематическое изучение биосферы как единой комплексной системы. Такое исследование возможно только с помощью компьютерной модели, поскольку никаких реальных экспериментов с биосферой человек себе позволить не может. Неожиданно созданная нами вычислительная система пригодилась для вполне практической задачи.

Летом 1983 года мы провели в Вычислительном центре Академии наук СССР серию расчетов на завершенной к этому времени компьютерной модели, имитирующей функционирование биосферы. Наша вычислительная система объединила модели атмосферной и океанической циркуляции с моделью биоты (точнее — углеродного цикла) и энергетикой биосферы (потоки солнечной радиации, образование облаков, выпадение снега и т.д.). Мы поставили своей задачей количественную проверку гипотезы К.Сагана о возможной ядерной зиме и ядерной ночи после крупномасштабного обмена ударами водородными бомбами. Замечу, что к этому времени наша система моделей была единственной системой, способной проделать необходимые расчеты. Результаты этих расчетов докладывались на конгрессе в Вашингтоне 1 ноября 1983 года и хорошо известны: они подтвердили гипотезу и дали первые количественные оценки эффекту ядерной зимы (см. монографию: Н.Н. Моисеев, В.В. Александров, А.М. Тарко. Человек и биосфера. — М., 1985).

В дальнейшем, в течение 80-х годов мы провели десятки экспериментов с нашей компьютерной системой. Нас интересовали те конечные состояния биосферы, те квазиравновесные состояния, которыми завершится тот или иной эпизод крупномасштабного воздействия человека на биосферу. Результаты, которые мы получали, заставляли задумываться и строить разнообразные гипотезы.

Во всех тех случаях, когда интенсивность воздействия превосходила некоторый порог (энергия воздействия порядка 2-3 тысяч мегатонн), биосфера никогда не возвращалась в исходное состояние или даже похожее на исходное. Совершенно иной становилась циркуляция атмосферы, менялась структура океанических течений, структура осадков и, конечно, распределение температур, а значит, и распределение биоты (если она сохранится после катаклизма). Другими словами, Земля после столь мощного воздействия переставала быть похожей на ту Землю, которую мы знаем в четвертичном периоде. И эта новая Земля уже не могла служить ойкуменой человечества: биота сохранится очень обедненной и самое главное без людей!

Замечу, что такая качественная перестройка вовсе не требует крупномасштабной ядерной войны: порог устойчивости и переход в новое качественное состояние мог произойти и в результате незначительных, но постоянно действующих возмущений, что и представляется особенно опасным. Эти результаты невольно отсылают нас к идеям синергетики. По-видимому, биосфера может иметь несколько совершенно различных квазистационарных режимов, другими словами, — целый ряд различных аттракторов. И не исключено, что тот процесс эволюции биоты, который привел к появлению homo sapiens, мог быть осуществлен только в окрестности одного из аттракторов. Переход в окрестность другого аттрактора исключит возможность разумной жизни на планете.

Таким образом, теория биосферы должна представлять собой не просто совокупность изученных механизмов функционирования отдельных элементов биоты и абиотических составляющих биосферы, взаимодействие которых способно реализовать принцип Ле Шателье (что, разумеется, совершенно необходимо). Для того чтобы обеспечить выживание человечества как вида, обеспечить возможность дальнейшего развития его цивилизации, нам предстоит изучить динамику биосферы как нелинейной системы, изучить структуру ее аттракторов и границы между областями их притяжений.

Итак, возникает новая фундаментальная наука. И она носит абсолютно прикладной характер, поскольку эта дисциплина сделается научной базой судьбоносных решений для человечества. Заметим еще раз, что переход биосферы из одного состояния в другое вовсе не обязательно требует мгновенных сверхнагрузок, как при атомных взрывах и последующих пожарах. Катастрофа может подкрасться и незаметно. И стратегия развития человечества не просто должна быть согласована с развитием биосферы, но должна быть такой, чтобы развитие биосферы происходило в нужном для человечества эволюционном канале.

Другими словами, обеспечение коэволюции человека и биосферы (или, что то же самое, для реализации стратегии sustainable development) требует развития специальной синтетической научной дисциплины. Работа по созданию такой дисциплины, по существу, уже началась. Ее естественной составляющей является экология. Я подчеркиваю — составляющей, ибо проблемы, которыми сегодня занимается экология, получившая широкое развитие за послевоенные десятилетия, не включают в себя целый ряд вопросов, жизненно важных для будущего, для поисков пути в эпоху ноосферы. И в частности, пока еще не занимается исследованием биосферы как целостной динамической системы.

Однако и это лишь одна из глав будущей науки, ибо она прежде всего должна быть наукой гуманитарной. Научная программа разработки принципов коэволюции, или концепции ноосферогенеза, неизмеримо шире тех естественнонаучных и экономических программ, которыми занимаются профессиональные экологи или экономисты.

Но разработку принципов ноосферогенеза или поисков пути в эпоху ноосферы нельзя откладывать. Разработка научных основ этой проблемы и ее реализация должны идти параллельно. И по существу эта работа уже началась: появляются первые запреты, основанные на серьезном научном анализе. Тот же самый запрет (Монреальский протокол 1987 г.) на использование хлор- и фторсодержащих хладонов, который приведет к полной перестройке всей холодильной промышленности, уже является одним из тех табу, которыми мировое сообщество защищает себя от разрушения озонового слоя. Развернуты широкие исследования возможных последствий потепления климата из-за увеличения концентрации углекислоты и метана в атмосфере, что, по-видимому, приведет к новой системе запретов.

По мере развития дальнейших исследований неизбежно будет расти количество запретов. И их придется выполнять! Это, может быть, и станет самой трудной задачей, которая когда-либо вставала перед человечеством, поскольку среди запретов появятся и такие, которые будут регламентировать рост народонаселения и вносить новые ограничения в то, что принято называть свободой личности.

По существу, в основе теории ноосферогенеза лежат новые принципы нравственности, новая система нравов, которая должна быть универсальной для всей планеты, при всем различии цивилизаций населяющих ее народов. Когда в начале ХХ века Вернадский произнес вещую фразу о том, что однажды человеку придется взять на себя ответственность за развитие и природы, и общества, вряд ли он думал, что это время наступит столь скоро. В условиях уже наступившего экологического кризиса становится ясной неспособность современного планетарного сообщества с ним справиться. Структура общественного устройства должна претерпеть кардинальные изменения.

Было бы ошибкой сказать, что общество стоит на месте и опирается только на традиционные нравственные начала. Оно уже начало проявлять свою общую волю. Разве не являются примерами те энергосберегающие технологии, которые получили распространение в последние два-три десятилетия? О многом стали не только говорить, но многое стали и делать. Например, произведена очистка Великих Озер и Рейна.

Но все эти действия — лишь самое робкое начало. Да и начало ли, если оно по-настоящему не затрагивает мировоззрения? Глубину непонимания обществом современной ситуации показала конференция в Рио-де-Жанейро 1992 года. Факт проведения подобной конференции на правительственном уровне трудно переоценить — это явление замечательное. Появление термина sustainable development и попытка разработки программ устойчивого развития — тоже некий шаг в нужном направлении. Но не было сказано самого главного: что надо научиться сохранять не только отдельные биологические виды, но и экосистемы, что надо выработать основы демографической политики и что надо, наконец, поставить во главу угла всей научной деятельности проблемы обеспечения коэволюции природы и общества, начать серьезно разрабатывать новую структуру общественных отношений в едином планетарном сообществе и менять структуру общественных ценностей.

Современные «присваивающие» цивилизации возникли в начале голоцена, после неолитической революции. По-видимому, они исчерпали свои возможности, и человечеству предоставляются две альтернативы: либо оно будет продолжать жить по-старому, постепенно совершенствуя свои технологии, либо перейдет к совершенно новому типу цивилизации.

В первом случае его ожидает общепланетарный экологический кризис, борьба за ресурсы, которых заведомо на всех не хватит, тоталитаристское управление «золотого миллиарда» (первые проявления которого мы наблюдаем уже сейчас) и в конечном счете деградация и исчезновение человека как биологического вида.

Вторая альтернатива основывается на гипотезе о том, что человечество сможет опереться на свой коллективный разум и найти пути создания общества, способного к совместному развитию с биосферой, то есть сможет перейти в эпоху ноосферы. И общество это будет качественно отличаться от современного.

Мы не знаем, как будет устроено это общество будущего. И вряд ли стоит гадать! Но мы знаем, что оно потребует от людей высокого уровня интеллигентности и знаний. Прежде всего — знаний о той форме своих взаимоотношений с природой, которая будет способна обеспечить режим коэволюции. Поэтому путь к эпохе ноосферы начинается с разработки образовательных программ — программ, которые будут содержать знания о том, что недопустимо, что может нарушить стабильность Человеческого Дома.

С появлением человека и общества природа вступила в новый этап своего существования - стала испытывать на себе антропогенное влияние(то есть влияние человека и его деятельности). Первоначально отношения человека и природы представляли собой взаимное воздействие друг на друга –- человек само­стоятельно (без применения сложных технических средств) извлекал для себя пользу из природы (пища, полезные ископаемые), а природа воздействовала на человека, причем человек был не защищен от природы (например, различных стихий, климата и т. д.), сильно зависел от нее.

Общество представляет собой один из высших этапов бесконечной эволюции и усложнения природного бытия. В истории взаимодействия природы и общества можно выделить четыре типа отношения человека к природе .

Первый из них - древнейший. Для него характерно непосредственное присвоение и использование готовых продуктов природы с помощью примитивных орудий труда. Основными видами деятельности, обеспечивающими жизнь людей, были собирательство, охота, рыболовство. В качестве жилищ ис­пользовались природные укрытия. Крупнейшие достижения этого этапа - овладение огнем, отбор некоторых наиболее ценных для человека видов растений и животных. Но в целом человек еще был «в плену» у природы;

Второй - аграрный, так как главными сферами деятельности людей, обеспечивающими существование и развитие общества, становятся земледелие и животноводство. Начинают развиваться ремесла, появляются города. К концу этого периода достигает значительного прогресса простое товарное производство, возникает мануфактура. Исторически данный этап охватывает древнюю и средневековую эпохи человечества. В качестве источника энергии использовались мускульная сила человека и животных, энергия ветра и воды;

Третий - промышленный. В области энергетики формирование этого типа отношений началось с применения в производ­стве пара, а затем и электричества. В производственных целях стали создавать машины, использование которых резко повыси­ло производительность труда людей. В хозяйственный оборот бы­ло вовлечено огромное количество различных минеральных, ор­ганических и иных ресурсов. Дальнейшее развитие получают сельское хозяйство и транспорт. Интенсивно развивается наука, превращаясь в важный фактор прогресса человечества. Природные ресурсы планеты уже не считаются практически неисчерпаемыми. Мощь человечества сопоставима с мощью природных стихий. Ведущей сферой общественного производства становятся промышленность, машинное производство;

Четвертый (современный) характеризуется бурным научно-техническим развитием, превращением научно-технической деятельности в ведущую сферу общественного производства. На этом этапе прослеживается не только тенденция возрастания масштабов потребления природных и человеческих ресурсов, но и стремление к их воссозданию в необходимых размерах, что порождает ряд проблем, имеющих глобальный характер. И прежде всего – проблему управления биосферой, решение которой возможно лишь на основе научного управления всеми общественными процессами.

Характерной особенностью четвертого типа взаимодействия природы и общества является возрастание степени сложности проблем, которые возникают в русле этого процесса. Современ­ное человечество живет в эпоху небывалого развития науки и техники, сопровождающегося активным воздействием на при­родную среду. И хотя в последние годы принимаются меры (глав­ным образом в промышленно развитых странах) по ее охране и оздоровлению, тем не менее общее состояние окружающей среды продолжает ухудшаться. К чему это приведет в ближайшем и отдаленном будущем? Однозначного ответа на этот вопрос прогнос­тика не дает. Можно предположить, что разворачивающийся в мире процесс глобализации будет вести к целостности человечества, преодолению национального эгоизма, объединению ресурсов и усилий по решению глобальных проблем.

Принцип целостности человечества, его возможного постепенного превращения в единый организм с общими целями разделяется сегодня далеко не всеми. Однако без подобного принципа, а также принципа коэволюции (т.е. обоюдной взаимосвязанной эволюции общества и природы) какие-либо рекомендации о сохранении глобальной стабильности лишены вся­кого смысла. Коэволюция предполагает невысокую скорость изменения параметров биосферы под воздействием антропогенных факторов, что делает реальной адаптацию человека к изменяющимся внешним условиям. В свою очередь, изменение внешних условий существования человека вследствие антропогенных воздействий также должно носить адаптационный характер целенаправленного изменения параметров биосферы. Возможности человека по сравнению с мощью биосферы пока еще малы, но он своей деятельностью может нарушить ее равновесие, в результате чего биосфера перейдет в такое состояние, где места человеку уже нет. Возникает проблема достижения равновесия между познавательной и практической деятельностью человека, его неутолимой жаждой познания и преобразования и стремлением к сохранению целостности природной среды. Согласованное, взаимодополняющее развитие человека, общества и природы в их единстве - таков магистральный путь раз­вития.

2. Каковы этапы развития общества, с точки зрения коэволюции природы и общества?

Обобщая и дополняя различные версии концепции коэволюции, можно сделать следующие выводы.

1. Всю историю человечества, с точки зрения концепции коэволюции природы и общества, можно охарактеризовать как процесс постепенного превращения сил природы в силы самого человеческого общества. Так, на начальных фазах развития человечества {архаическое общество) человек со­циализирует, превращает в социальные силы биологическую и психическую энергию своего собственного, данного природой организма. В результате это­го процесса возникает как общество, так и сам социальный индивид. Второй этап развития человечества {традиционно-аграрное общество) характеризуется тем, что человек начинает контролировать и превращать в социальные силы энергию живой природы - биосферы Земли. В результате возникают такие виды хозяйственной деятельности человека, как земледелие и скотоводство, появляется прибавочный продукт и формируются первые цивилизации и государства. Но поскольку контролировать силы живой природы можно было, только подчиняясь циклам и как бы вторя ритмам биосферы Земли, данный тип общества характеризуется и повторяющимися циклами своей хозяйственной и социальной жизни, и приверженностью к традиционализ­му в своем духовном развитии. Классическим выражением духовной жизни такого типа общества является восточная философия.

Наконец, в Европе ХГУ-ХУШ вв. закладываются социальные и культур­ные предпосылки возникновения так называемого техногенного общества, когда человек с помощью новой техники начинает осваивать космические силы природы, т.е. такие силы, которые связаны не только с функциониро­ванием биосферы Земли, а определяются закономерностями, действующими во всей Вселенной: силы пара, электричества, химических реакций, ядерной энергии. После первого промышленного переворота конца XVIII - первой половины XIX в. этот тип общества окончательно побеждает. Процесс экономического, а следовательно, и социального развития ускоряется не­виданными темпами. Именно в эту эпоху и появляется феномен научной и социальной революции, когда социальные структуры и формы духовной жизни традиционно-аграрного общества не способные быстро перестраи­ваться в соответствии с этими темпами, подвергаются беспощадной ломке и заменяются более гибкими социальными структурами и новыми научными идеями, способными к быстрой перестройке и развитию.

2. Каждый новый этап превращения космических сил природы в энер­гию развития общества связан, с одной стороны, с глобальной научной ре­волюцией, меняющей научную картину мира и нормы научного знания, а с другой - с великой социальной революцией, радикально преобразующей социальные институты общества. Именно поэтому глобальные научные и великие социальные революции так синхронны по времени своего про­текания (европейская Реформация и коперниканская научная революция ХУ1-ХУП вв., Великая французская революция и вторая глобальная научная революция концаXVIII - первой половины XIX в., третья глобальная научная революция конца XIX - первой половины XX в. и революционный подъем в странах Восточной Европы и Азии). Если научные революции, в конечном счете, подготавливают технологию освоения фундаментальной космической силы природы, то социальные революции изменяют социальные структуры общества таким образом, чтобы оно сумело включить данную технологию в систему общественного производства.

В свою очередь, социальные и научные революции идейно подготавли­ваются новыми философскими идеями, в которых синтезируются из всей совокупности гуманитарного и естественнонаучного знания смыслы уни­версалий культуры данной исторической эпохи и на основе критики этих смыслов определяются новые пути развития культуры. В сущности, всю европейскую философию Нового и Новейшего времени можно представить как идейную подготовку великих научных и социальных революций и как процесс переосмысления их последствий и результатов.

3. В чем заключаются глубинные противоречия современного техногенного общества?

3. Современный экологический кризис с помощью концепции коэволю­ции природы и общества можно рассматривать как нарастание глобальных противоречий развития современного человечества. Такими противоречиями являются:

Противоречие между принципами и ценностями буржуазной техно­генной цивилизации, ориентированной на господство над природой с целью получения максимальной прибыли и хрупким равновесием всей биосферы Земли, которая уже не может выдержать антропогенной нагрузки со стороны этой «цивилизации»;

Противоречие между необходимостью устойчивого развития совре­менного общества в его взаимосвязи с природой, что требует, в свою очередь, превращения ныне разделенного человечества в единое со­общество - ноосферу, и буржуазной цивилизацией, построенной на конкурентной борьбе за экономические преимущества и на социальном эгоизме, противопоставляющих друг другу страны, народы, культуры, конфессии и индивидов;

Противоречие между быстро растущим техногенным могуществом об­щества, превращающим в своем развитии космические силы Природы в производительные силы самого общества (так, энерговооруженность человечества за последние сто лет выросла в 1000 раз, а убойная сила оружия, созданного на основе современных технологий, в 1000000 раз), и разделенностью мирового сообщества на бедных и богатых, «цивилизованных и нецивилизованных», Север и Юг, Восток и Запад. В результате этой разделенности колоссальная мощь человечества, основанная на космических силах природы, может обернуться против его самого и стереть человечество с лица Земли.

Для разрешения этих противоречий и выхода человечества на новый виток коэволюционного развития требуется критический анализ ценностей культуры современного техногенного общества.

В.И. Вернадский // Практикум по философии: Социальная философия. – Мн., 2007. – С. 624-627.

1. Что такое биосфера и ноосфера?

· Человечество, как живое вещество, неразрывно связано с ма­териально-энергетическими процессами, определенной геологической оболочки земли - с ее биосферой. Оно не может физически быть от нее независимым ни на одну минуту.

Понятие «биосферы», т.е. «области жизни», введено было в биологию Ламарком (1744-1829) в Париже в начале XIX в., а в геологию Э. Зюссом (1831-1914) в Вене в конце того же века.

В нашем столетии биосфера получает совершенно новое понимание. Она выявляется как планетное явление космического характера.

В биогеохимии нам приходится считаться с тем, что жизнь (живые организмы) реально существует не только на одной нашей планете, не только в земной биосфере. Это установлено сейчас, мне кажется, без сомнений пока для всех так называемых «земных планет», т.е. для Ве­неры, Земли и Марса.

Младшие современники Ч. Дарвина - Д. Дана (1813- 1895) и Д. Ле-Конт (1823-1901), два крупнейших североамериканских геолога (а Дана к тому же минералог и биолог) выявили еще до 1859 г. эмпири­ческое обобщение, которое показывает, что эволюция живого вещества идет в определенном направлении.

Это явление было названо Дана «цефализацией», а Ле-Контом «пси-хозойской эрой».

· Исторический процесс на наших глазах коренным образом меняет­ся. Впервые в истории человечества интересы народных масс - всех и каждого - и свободной мысли личности определяют жизнь человечества, являются мерилом его представлений о справедливости Человечество, взятое в целом, становится мощной геологической силой. И перед ним, перед его мыслью и трудом, становится вопрос о перестройке биосферы в интересах свободно мыслящего человечества как единого целого.

Это новое состояние биосферы, к которому мы, не замечая этого, приближаемся, и есть «ноосфера».

Ноосфера есть новое геологическое явление на нашей планете. В ней впервые человек становится крупнейшей геологической силой. Он может и должен перестраивать своим трудом и мыслью область своей жизни, перестраивать коренным образом по сравнению с тем, что было раньше. Перед ним открываются все более и более широкие творческие возможности. И, может быть, поколение моей внучки уже приблизится к их расцвету.

Здесь перед нами встала новая загадка. Мысль не есть форма энергии. Как же может она изменять материальные процессы? Вопрос этот до сих пор научно не разрешен.

Ноосфера - последнее из многих состояний эволюции биосферы в геологической истории - состояние наших дней. Ход этого процесса только начинает нам выясняться из изучения ее геологического про­шлого в некоторых своих аспектах.

2. В чем заключается, согласно В.И. Вернадскому, принципиальный не­достаток прежних концепций философии истории?

Как принципиальный недостаток всех предшествующих кон­цепций истории и философии В.И. Вернадский отмечает то обстоятельство, что большинство историков и философов его времени рассматривали био­сферу Земли лишь как фон или, в лучшем случае, как сырой материал куль­турно-производственной практики человечества. Сама история человечества, с точки зрения Вернадского, есть не что иное, как история взаимодействия общества и природы, в процессе которой человечество превращается в разум самой природы.

3. Как осуществляется эволюция живого вещества?

Живая природа является основной чертой проявлениябиосферы, она резко отличает ее тем самым от других земных оболочек. Строение биосферы прежде всего и больше всего характеризуется жизнью.

Между физико-геометрическими свойствами живых организ­мов - в биосфере они проявляются в виде своих совокупностей - жи­вого вещества, и между такими же свойствами косной материи по весу и по количеству атомов, составляющей подавляющую часть биосферы, лежит в некоторых отношениях непроходимая пропасть. Живое вещес­тво является носителем и создателем свободной энергии, ни в одной земной оболочке в таком масштабе не существующей. Эта свободная энергия - биогеохимическая энергия - охватывает всю биосферу и оп­ределяет в основном всю ее историю. Она вызывает и резко меняет по интенсивности миграцию химических элементов, строящих биосферу, и определяет ее геологическое значение.

В пределах живого вещества в последнее десяти тысяч лет вновь создается и быстро растет в своем значении новая форма этой энергии, еще большая по своей интенсивности и сложности. Эта новая форма энергии, связанная с жизнедеятельностью человеческих обществ, рода нолю и других (гоминид), близких к нему, сохраняя в себе проявление обычной биогеохимической энергии, вызывает в то же самое время нового рода миграции химических элементов, по разнообразию и мощности, далеко оставляющие за собой обычную биохимическую энергию живого вещества планеты.

Эта новая форма биогеохимической энергии, которую можно назвать энергией человеческой культуры или культурной биогеохимической энер­гией, является той формой биогеохимической энергии, которая создает в настоящее время ноосферу.

Пятьсот миллионов лет тому назад, в кембрийской геологической эре, впервые в биосфере появились бо­гатые кальцием скелетные образования животных, а растений больше двух миллиардов лет назад. Это - кальциевая функция живого вещества, ныне мощно развитая, - была одна из важнейших эволюционных стадий геологического изменения биосферы.

Не менее важное изменение биосферы произошло 70-110 милли­онов лет тому назад, во время меловой системы и, особенно, третичной. В эту эпоху впервые создались в биосфере наши зеленые леса, всем нам родные и близкие. Это - другая большая эволюционная стадия, анало­гичная ноосфере. Вероятно, в этих лесах эволюционным путем появился человек около 15-20 миллионов лет тому назад.

4. При каких социальных условиях возможно возникновение ноосфе­ры?

Сейчас мы переживаем новое геологическое эволюционное измене­ние биосферы. Мы входим в ноосферу.

Слово «ноосфера» составлено из греческого «ноос» - разум и «сфера» в смысле обо­лочки Земли.

Мы вступаем в нее - в новый стихийный геологический процесс - в грозное время, в эпоху разрушительной мировой войны.

Но важен для нас факт, что идеалы нашей демократии идут в унисон со стихийным геологическим процессом, с законами природы, отвечают ноосфере.

Можно смотреть, поэтому на наше будущее уверенно. Оно в наших руках. Мы его не выпустим.

Н.Н. Моисеев // Практикум по философии: Социальная философия. – Мн., 2007. – С. 653-658.

1- Каковы закономерности развивающегося универсума?

В эволюции любой системы прослеживается возникновение некоторого поля виртуальных путей развития и отбора на нем множества реализуемых состояний, которое мы называем траекториями развития систем во времени. Процесс изменения состояния любой достаточно сложной системы обладает одной важной особенностью, которая на одном частном примере впервые была обнаружена еще Эйлером в конце XVIII в. и подробно изучена Пуанкаре около 100 лет тому назад. Она является одним из краеугольных понятий современной теории динамических систем. В траектории системы мы можем наблюдать участки относительно спокойного, если угодно, дарвиновского течения эволюционного процесса, когда под действием внешних или внутренних причин происходит медленное изменение свойств системы, чаще всего связанное с ослаблением условий ее го-меостаза. В простейших случаях, изученных классиками точного естествознания, - приближение к границам устойчивости. Дальнейшее развитие событий связано с потерей гомеостаза и качественной перестройкой системы. В частности, это может быть потеря устойчивости того состояния, в окрестностях которого происходит эволюция системы. Как раз подобный случай и был изучен Эйлером и Пуанкаре, получивший название бифуркации или катастрофы по терминологии, введенной Р. Томом.

2- Как Н.Н. Моисеев интерпретирует понятие «бифуркации»?

Процесс бифуркации - это всегда процесс катастрофической перестройки сис­темы. Его последствия практически непредсказуемы, поскольку память системы оказывается ослабленной, а роль случайных факторов резко усилена.

3. Каковы основные бифуркации в истории человечества и как они были преодолены?

Результаты бифуркации непредсказуемы. Вместо того, чтобы по­гибнуть в опасной саванне, предок человека встал на задние лапы, освободив передние, научился использовать искусственные орудия и превратился из мирного вегетарианца в агрессивного хищника. Мозг и рождающийся разум стали главными гарантами гомеостаза этого вида, а следовательно, и его развития. Внутривидовая борьба, по-видимому, в этот период обострилась до крайности, ибо чем иным можно объяс­нить резко ускорившуюся эволюцию! Уже через 2 млн. лет объем мозга неоантропов возрос едва ли не в два раза! На заре палеолита на Земле существовало уже не просто умное животное - стал формироваться человек. Появились каменный топор, умение владеть огнем, навыки коллективной охоты. И в то же время наш предок еще жил под властью законов, закодированных в его генетическом механизме, как и у любого животного, ведущего стадный образ жизни, законами, несовместимыми с теми техническими возможностями, которые обрел наш предок. По­тенциал его развития казался исчерпанным. Однако произошел новый перелом в траектории развития нашего предка, который не только был непредсказуем, но и не заставил себя ждать. Он оказался связанным с утверждением табу «не убий», которое много позднее превратилось в заповедь, принятую однажды всеми народами, всеми религиями.

В послевоенные десятилетия супруги Лики и их последователи об­наружили в Олдувайском ущелье (Кения) останки неоантропов, среди которых было много скелетов с черепами, проломленными топором. Авс­трийский этолог К. Лоренц дал этому явлению простое объяснение.

У волка существует инстинкт: самец, проигрывающий бой за самку, подставляет победителю свою шею. Победитель удовлетворяется этим, и проигравший рыцарское сражение остается живым, сохраняясь для Популяции. У нашего предка не было «инстинкта волка»! Поэтому, изоб­ретя каменный топор, он стал пускать его в дело без всяких ограничений, в том числе и в боях за самку. Отсюда и проломленные черепа молодых Предков будущего человека. Лоренц высказал предположение, что если бы табу «не убий!» не возникло в стадах наших предков, то они просто перебили бы друг друга.

Это, конечно, аргумент, но мне представляется более правдоподоб­ным другое объяснение. Умение найти нужный кремень, обработать и превратить его в топор требует совсем иных качеств, чем умение использовать топор в драке. Найденные черепа, может быть, и при­надлежат как раз тем умельцам, которые были способны делать топор и передавать свои знания и навыки следующим поколениям. Табу «не убий!» не было закодировано в генетической памяти. Оно утверждалось в рамках отбора на уровне отдельных родов, общин, племен и носило общественный характер, было основой формировавшейся системы нра­вов. Те орды или племена и отдельные виды неоантропов, которые лучше усвоили его, сохраняли своих умельцев. Благодаря этому они обладали лучшим оружием, более дисциплинированными боевыми дружинами и т.д. Они-то и отбирались естественным отбором на уровне популяций. Вероятно, именно этот отбор привел к тому, что из многочисленных видов потомков австралопитеков, способных претендовать на право быть предками современного человека, к концу палеолита остались только кроманьёнцы.

Утверждение табу «не убий» и других основ зарождающейся морали снижало остроту внутривидового отбора на уровне индивидуумов, и биологическое совершенствование вида постепенно затухало. Эволюция переходила в русло - развитие общественных форм жизни. При этом отбраковывались, может быть, и в чем-то более совершенные виды. Так, создатели мустьерской культуры - неоандертальцы - не дожили до времен неолита. Одним словом, бифуркация закончилась не только утверждением общественной формы эволюции, но и сохранением единс­твенного вида человека - кроманьёнца.

Последняя глобальная бифуркация произошла накануне писанной истории. Она хорошо изучена и получила название неолитической ре­волюции. Так же, как и перестройка эволюционного процесса времен палеолита, она была вызвана внутренними причинами. Я бы даже ска­зал - техногенными факторами: человек усовершенствовал технологию обработки камня и создал метательное оружие. Эти обстоятельства имели самые катастрофические последствия: человек за относительно короткое время сделался абсолютным гегемоном, монополистом в жи­вотном мире и полностью использовал возможности новой техники, как и в палеолите, когда он изобрел каменный топор. В результате он быстро извел крупных копытных - основу своего рациона и поставил свой биологический вид на грань голодного вымирания. Количество населения, судя по сопоставлению неолитических и палеолитически" стоянок, сократилось во много раз. Человека могла постичь судьба лю­бого вида, сделавшегося монополистом в своей экологической нише: он должен был либо погибнуть, либо найти другую нишу.

Как во времена палеолитического кризиса нельзя было предсказать, что выход может быть найден в форме табу «не убий!», так и теперь, период неолитического кризиса, выход был найден, и при этом совершенно неожиданный. Человечество изобрело земледелие, а через пару тысяч лет и скотоводство.

Если в предыдущие периоды человек еще был полностью включен в биоту, как и другие живые существа, участвуя в естественном кругообо­роте вещества, то в результате неолитического кризиса он полностью вы­делился из остального живого мира, начав формировать искусственный кругооборот веществ, так называемую вторую природу. Сначала это были искусственные биоценозы, а затем человек начал включать в кругооборот вещества и наследие прошлых биосфер - полезные ископаемые.

4. В чем заключаются глубинные основания современного экологичес­кого кризиса?